Инвалида незаконно лишили пособия

Арман Есенов с 2017 года перестал получать пособие по инвалидности, хотя по диагнозу он является инвалидом детства по слуху. Молодой человек общается в основном жестами. Его знакомые и друзья пожаловались мне на нарушение его прав, встретив меня в поезде, когда я ехала в Астану, они направлялись на соревнования по лёгкой атлетике от общества инвалидов. Узнав, что я журналист, они рассказали о несправедливости в отношении их друга.
Арман родился с нарушением слуха, с шестимесячного возраста ему назначили пособие по инвалидности, которое он получал до 18 лет. В 2017 году он окончил школу с нарушением слуха и речи в Уральске, после чего поступил по гранту в Уральский колледж нефти и газа.
«Однако из-за слуха не смог учиться там, меня перевели в колледж «Уралсервистехнология», в группу, где учатся с дефектом речи и слуха. В колледже получал стипендию 16 000 тенге, с сентября 2017 года по апрель 2018 года. С апреля начали платить 8 000 тенге, объясняя это тем, что у меня по достижении 18 лет отсутствует инвалидность, а они, считая меня инвалидом, платили 16 000 тенге и начиная с апреля 2018 года с меня удерживают переплату», — написал в редакцию Арман.
Меж тем в медицинских документах, которые показал Арман, есть аудиограмма от 2017 года, где показан пониженный слух и заключение врача — тугоухость 3 степени! По справке ВТЭК от 2015 года он признан инвалидом по слуху, 3 группа.
С таким диагнозом Арман должен быть признан инвалидом 3 степени бессрочно и получать пособие около 30 000 тенге в месяц.
На данный момент он выживает на 8000 тенге в месяц.
— Я сейчас живу в Уральске, так как учусь в колледже. Мне сейчас очень трудно, скитаюсь по квартирам у знакомых, родственников, занимаю деньги на проезд. Мои родители в посёлке не имеют постоянную работу, кроме меня в семье есть сестрёнка, которая учится в 9 классе в школе с нарушением слуха и речи в Уральске, — уточняет Арман.

Я обратилась с вопросом, почему нарушены права Есенова, к руководителю департамента труда и соцзащиты ЗКО Саткану Толегенову. Он потребовал письменно к нему обратиться (хотя я разговаривала в его кабинете), но узнав от меня, что устный запрос журналиста приравнивается к устному согласно закона «О СМИ», обещал ответить в ближайшее время.

Жанар ДАВЛЕТОВА

Написать ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *