«Мне очень страшно», — последние слова мамы

05.08.2021 г. мы с мамой вызвали скорую, жаловалась она на то, что у неё была сильная горечь во рту, и мы очень испугались: думали, что это желчный пузырь. Приехала скорая, они проигнорировали все жалобы, что были и стали мерить сатурацию, температуру и слушать лёгкие. Фельдшер сказал: «У вас пневмония. Нужно ехать в больницу!» Я спросила, откуда он может знать это, на что он ответил, что слышит хрипы. Мы с мамой спустились и поехали на КТ в ГИЦ г. Жезказгана. По приезду туда маму забрали на КТ, я же осталась ждать на улице, я стучалась туда, но все двери были заперты на ключ, они просто не пускали меня. Вышел санитар. Я спросила у него: «Что с мамой?» Он ответил, что всё нормально, что сделали компьютерную томографию, поражение лёгких 40 %. Я зашла туда, мама сидела на кушетке, что-то говорила и посмеивалась, мне дали подписать бумагу о КТ, которую не дали даже прочесть, я подписала её. Маме сделали мазок на коронавирус и НАДЛОМИЛИ ПАЛОЧКУ ПЕРЕД ТЕМ, КАК УБРАТЬ ЕЁ В ГЕРМЕТИЧНЫЙ ПАКЕТ. Привезли инвалидную коляску, маму увезли в больницу и больше я её не видела.

Звоню в первый день:

— Мам, привет, как ты?

— Маш, мне поставили какой-то укол, а в кабинете, где делали КТ, так холодно было, я не могу разговаривать. Мне плохо.

Звоню снова, мама сказала, что хочет спать.

Звоню во второй день:

— Мам, привет, как ты?

— Маша, я ничего не знаю, мне ничего не говорят. Возят из палаты в палату, никаких уколов не делают, никаких таблеток не дают совсем!

— Мам, а вчера делали уколы?

— Вчера да, делали антибиотики (так они сказали), я чувствовала себя хорошо.

— А сегодня?

— А сегодня меня возят из палаты в палату и ничего не говорят. Я жму на тревожную кнопку, но ко мне даже не подходят, я не знаю, что делать! Привезли женщину (в дальнейшем я узнала от мамы, что это была за женщина. В итоге она тоже умерла).

Эту женщину привязали к кровати при маме (фото имеется) и к ней тоже никто не подходил, а она очень сильно кашляла.

Звоню на третий день:

— Мам, привет, как ты себя чувствуешь?

— Маша, мои капли отобрали, я не могу нормально дышать, привези мне, пожалуйста, активатор алоэ. Мне плохо.

Я поехала покупать активатор, нашла.

Мама звонит мне и говорит:

— Маш, мне очень страшно, но надо закапать. Люблю тебя.

Это был последний раз, когда я поговорила со своей мамой.

Звоню, поднимает медсестра:

— Здравствуйте. Мама закапала нос. Врач разрешила.

Звонок через 15 минут:

— Здравствуйте! Я медбрат блока G, мы вашу маму переводим в реанимацию, у неё понизилась сатурация, я не знаю, сколько это будет длиться, звоните в колл-центр, если хотите что-то узнать. До свидания!

Звоню в реанимацию:

Поднимает врач и говорит, что маму положили под НИВЛ (без согласия моего и мамы) и будут ждать. А маме всего лишь были нужны её капли, без которых она не могла дышать.

Больше в реанимацию я не могла дозвониться, все молчали, а в колл-центре скидывали только обновлённую информацию за 5 часов.

На третий день этого балагана я приезжаю в больницу, чтобы забрать маму, пробиваюсь в блок С к администрации, там меня встречает Шоланова Ляззат  Мендыбаевна, зав. отделения, далее диалог:

— Здравствуйте, я хочу забрать маму из больницы.

— Здравствуйте. Хорошо. Как фамилия?

— Гурьянова Ирина Анатольевна.

— Вы что? Она уже сутки находится под ИВЛ, мы отключим её, и она умрёт!

Сказать, что в этот момент моя жизнь закончилась – ничего не сказать.

Почему? Почему без моего разрешения? Почему не информируют людей? Почему не дают связываться с близкими родственниками? Почему они выключают телефоны пациентов из реанимации и больше их им не отдают? Почему пациенты жалуются на качество питания? Чем их там кормят, если государство выделяет деньги? Что происходит в этой больнице смерти?

16.08.2021 сердце моей мамы остановилось, «врачи» констатировали биологическую смерть в 18 : 00. Но на этом всё это не заканчивается. Я забираю выписку из больницы, в которой было написано, что у моей мамы был хронический бронхит, хронический пиелонефрит, жировой гепатоз печени, хронический панкреатит. Я была в шоке! Моя мама проходила ультразвуковое обследование 2 месяца назад, у неё не было ни одной из этих болезней. Результаты прошлых обследований у меня имеются на руках. Читаю дальше. Напомню, что смерть мамы наступила 16.08.2021 г. в 18 : 00… В этой бумаге написано, что 16.08.2021 г. в 17 : 50 у неё брали анализы крови, а также 17.08.2021 г в 14 :15 было проведено исследование крови на сахар! Как можно брать кровь у мёртвого человека для анализа? Никак. Значит, было донорство плазмы, посмертное. Я хочу обратиться в высшие инстанции, чтобы виновные в смерти моей мамы и других казахстанцев понесли наказание!

 А также я призываю проверить госпиталь г. Жезказгана на наличие генераторов. Возможно, что их у них нет и когда в здании выключают свет, люди в реанимации на ИВЛ просто задыхаются. Нужна проверка.

Я, Гурьянова Мария Александровна, обращаюсь к обществу с просьбой, криком о помощи!

4 комментария

  1. Это очень страшно, если они действительно такое творят надо всем выходить на улицы

Написать ответ

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *